Молитва за Беларусь: как это было и что это такое

«Маліцеся за Беларусь». Рамки с такими словами до сих пор можно увидеть в фейсбуке на аватарках многих белорусов (и не только). Эта атрибутика родом из августа 2020 года, когда страна пережила гуманитарную катастрофу.  

Говорят, на войне атеистов не бывает. Бывают, конечно. Но человек в пограничной ситуации склонен обращаться к высшим силам, о которых он, может быть, и не вспоминал в мирной жизни. Жестокость, с которой власти подавляли протест граждан против фальсификации президентских выборов, заставила многих пережить религиозный ренессанс. Всё просто: если градус безумия вокруг зашкаливает (вспомним, как Светлана Алексиевич 13 августа говорила в интервью Радио Свобода: «мне трудно поверить, что это белорусский ОМОН. Мне кажется, что белорусские ребята не могли так бить своих мам и сестер»), то остается надеяться только на Бога. Плюс, нравится это кому-то или нет, но объединяющий и мобилизующий потенциал религии неплохо работает и в XXI веке. И на фоне политического кризиса верность заповедям «не убий» и «не лжесвидетельствуй» объединила множество белорусских верующих в мирном противостоянии злу. 

Молитва христиан за Беларусь в те дни была особенной. Первое: она стала уличной. Второе: она стала межконфессиональной.  Третье: начало всему положила низовая инициатива.

Ни первое, ни второе, ни третье для Беларуси было совсем не характерно. (Да, межконфессиональность — наш бренд. При этом межконфессиональные молитвы, в отличие от разного уровня конференций, в стране проходят редко — в основном из-за настороженной позиции православных). Правда, не были характерны и массовые выходы людей в защиту своих прав, но… Никогда не говори «никогда».  

Рассказывает православная минчанка Анастасия Некрашевич:

— Как и многие белорусы, я была абсолютно вне политики, голосовала впервые. Когда вечером 9 августа пришла узнать результаты на свой участок, ОМОН уже увез людей, которые так же, как и я, пришли посмотреть списки. Кто успел убежать, вернулся, и мы под рассказы, как жестко и цинично проходили задержания, всё еще надеялись что-то узнать. Комиссия вышла через черный вход, под охраной, села в автобус и уехала. Правда, успели сказать, что на нашем участке победила Светлана Тихановская. К этому времени уже было известно, что совсем не она стала президентом.

Женщина отправилась в город, пешком дошла до Немиги, где уже собирались люди.

— Никаких провокаций и другой чепухи из БТ не было, — говорит Анастасия. — Мы стояли на мосту напротив кафедрального собора. На противоположной стороне, ближе к Дворцу спорта, уже в полной боевой готовности и в невероятном количестве стоял ОМОН и непонятные люди в черном без опознавательных знаков. Так мы стояли и смотрели друг на друга. Они ждали провокаций, их не было. Ждать устали, подошли к нам ближе с призывом немедленно разойтись. Люди поинтересовались, по какой причине, и тут в ход пошли дубинки.

Когда к людям присоединилась новая колонна — «абсолютно мирно и спокойно», уточняет Анастасия, — ОМОН взялся за другие спецсредства: «в нас запустили водомет, дымовые шашки, началась стрельба».

Люди стали разбегаться. Оставшихся омоновцы бросились избивать.

— Мы бежали по скверу, а сзади раздавались нечеловеческие крики. Повалив на землю, изверги в шлемах избивали всех. И женщин и мужчин, безоружных и не представляющих никакой опасности. У девушки рядом со мной случилась паническая атака. Я повела ее на скамейку, это нас и спасло, мы оказались вне поля зрения. Приступ закончился, а что делать дальше, не знаем. Решили пробраться ближе к дороге, и Господь нас спас. Подъехала машина, и совершенно незнакомый человек отвез домой, — говорит Некрашевич.

10 и 11 августа Анастасия будет выходить на протесты против насилия, а затем, когда в интернет хлынет поток «жутких историй», напишет в один из православных чатов: «христианам надо что-то делать». Так появилась мысль собрать верующих на молитву и крестный ход. Этой идеей Анастасия поделилась с богословом Наталлей Василевич, которая предложила пригласить молиться вместе с православными католиков и протестантов.

12 августа известный в христианской среде блогер священник Александр Шрамко[1] анонсировал молитвенную встречу у себя в фейсбуке, призвав собираться на следующий деньв 13:00 «возле кафедральных соборов на площади Свободы — Свято-Духова кафедрального православного и [Имени] Пресвятой Девы Марии кафедрального католического».

Вскоре на призыв отреагировал тогдашний[2] председатель Синодального информационного отдела Белорусской Православной Церкви протоиерей Сергий Лепин: «Пусть каждый сам принимает решение о своем участии, но прошу заметить, что формально БПЦ не имеет никакого отношения к этому мероприятию». Пост Лепина заканчивался рекомендацией «обновить в своей памяти информацию о деятельности попа Гапона и событиях Кровавого воскресения».

Утром 13 августа на официальном сайте БПЦ вышло «Разъяснение пресс-службы Белорусской Православной Церкви», где говорилось: «Распространяемые в сети Интернет призывы принять участие в акции так называемого «крестного хода» представителей различных христианских конфессий с Библиями и иконами возле Свято-Духова кафедрального собора не имеют отношения к деятельности Белорусской Православной Церкви». Пресс-служба БПЦ напоминала верующим, что «на протяжении двух последних недель по благословению Патриаршего Экзарха во всех православных храмах Беларуси возносится за литургией сугубая молитва «О Белорусском народе». Особенно нужна нашему народу молитвенная поддержка в сегодняшний кризисный момент — наши православные храмы открыты для всех желающих прийти и помолиться не только во время уставного богослужения, но и по велению сердца в любое время».

Действительно, ранее, 31 июля, офсайт БПЦ объявлял о начале «сугубых молитв о даровании мира, стабильности и благополучия белорусскому народу». Стабильность в Беларуси, как известно, является чуть ли не главной ценностью лукашистов. А оппоненты режима задаются вопросом о цене стабильности. Им стабильность на крови и лжи не нужна.

Текст молитвы, получившей благословение Экзарха, претендовал на то, чтобы устроить «наших и ваших». Ну, например, «низпосли, Господи, мир Твой на предержащие власти страны нашея» — как это понимать? Помоги властям быстрее расправиться с неугодными? Или, наоборот, внуши властям «вегетарианский» настрой, чтобы они меньше хотели расправ и может, страшно подумать, пошли бы на какие-то переговоры с народом?.. Смысл в эти слова можно вложить любой и спокойно молиться — вместе, но врозь.

13 августа православные с иконами, католики с розариями и протестанты с Библиями собрались между двумя кафедральными соборами. С православными был священник Александр Шрамко, с католиками — диакон Юрий Решетко.

— Я не ожидала, что придет столько людей, особенно после дискуссий в группах, что это провокация, — говорит Анастасия Некрашевич. — Православных, кстати, пришло меньше всего, но всем, кто пришел, огромное спасибо! Нас уже у входа [в Свято-Духов собор] ждал священник и какая-то дама. Очень корректно пытались отговорить от сбора на их территории, предложили пойти помолиться в храм. Православные отправились в собор, а католики и протестанты — на площадь возле ратуши. После молитвы в храме мы к ним присоединились. Чувствовались боль и единство. Для меня не было никаких разделений, слезы у всех одни и те же.

После молитвы верующие прошли крестным ходом до Красного костела. Их обратный путь к Свято-Духову собору пролегал мимо СИЗО на Володарского, где участники шествия  встали на колени, прося Божией помощи.

— Когда мы шли по улице, люди улыбались, благодарили, гудели машины. Это было началом другой жизни, — вспоминает Анастасия.

Количество участников молитвенной акции СМИ оценили в 150-200 человек.

Анастасия Некрашевич признаётся, что после крестного хода у нее «из головы не уходили слова священника, который встречал нас у храма, что это мероприятие не благословил митрополит и его никто не пригласил». Больно было и от того, что митрополит Павел поздравил Лукашенко с победой на выборах. Женщина решила написать Павлу письмо.

— Мне даже удалось найти адрес его личной электронной почты. Обращение, конечно, получилось эмоциональным. Я не ждала никакой реакции, мне было важно высказаться.

Реакция последовала, причем стремительно. Уже на следующий день митрополит Павел встретился с участниками «несанкционированного» крестного хода.

Утром 14 августа митрополит приехал на закладку капсулы в основание будущего храма преподобного Серафима Саровского в столичной Малиновке. На церемонии присутствовали заранее приглашенные журналисты. Совершив обряд, иерарх произнес на камеры речь, в которой сказал: «Прошу Александра Григорьевича Лукашенко, который является гарантом Конституции нашей страны, сделать всё возможное, чтобы остановить насилие».

«Митрополит Павел с горечью в сердце воспринимает сообщения о фактах насилия, совершённых некоторыми правоохранителями в отношении невинных людей»,подчеркивалось в заметке на сайте БПЦ.

Почему митрополит Павел, человек далекий от конфронтации с режимом, всё же произнес слова «остановить насилие»? Автору известно, что окружение митрополита информировало его о том, что творится в стране. Экзарху показывали видео с избиениями, скидывали ссылки на свидетельства о беспределе силовиков, говорили с ним, убеждали, и, судя по всему, это дало результат. Вероятно, сыграли свою роль и соображения престижа: в обществе стал расти авторитет католиков, лидер которых, архиепископ Тадеуш Кондрусевич, который призвал власти прекратить насилие еще 11 августа.

Из Малиновки митрополит поехал в Свято-Духов собор, где совершил молебен за Беларусь и возглавил крестный ход вокруг храма — а дальше паства начала задавать архипастырю непротокольные вопросы.

— Он, конечно, не был готов к такому диалогу, но подошел, его окружили все, кто пришел на молитву, и деться уже было некуда, — улыбается Анастасия Некрашевич. — Разговор получился долгий и острый. В ответ на возмущение о поздравлении он извинился, что этим кого-то из нас обидел.

Новость о том, что Павел попросил прощения за поздравление Лукашенко, стала для немалого числа людей шок-контентом. Протоиерей Сергий Лепин сообщил Радио Свобода, что владыка посчитал поздравление преждевременным. Позже митрополит решил «отыграть назад»: очередное «Разъяснение пресс-службы Белорусской Православной Церкви» гласило, что «распространяемые некоторыми СМИ и недобросовестными блогерами слухи о том, что митрополит Минский и Заславский Павел, Патриарший Экзарх всея Беларуси, отозвал свое поздравление Александру Григорьевичу Лукашенко с избранием на пост Президента Республики Беларусь, не соответствуют действительности».

Одним из итогов этого дня для молитвы за Беларусь стало то, что митрополит благословил совершать ее ежедневно под открытым небом у кафедрального собора.

15 августа митрополит Павел подписал адресованное епископату БПЦ циркулярное письмо с просьбой (именно так, «прошу», говорилось в тексте) провозглашать во время сугубой ектении на Литургии следующее:

О еже милостивым оком призрети на люди земли Белорусския и сотворити ю непреобориму от раздоров и разделений, молим Тя, Милосердый Господи, услыши и помилуй.

О еже просветити светом Своего богоразумия ожесточением помраченных, раненых исцелити и мир стране нашей даровати, молим Тя, Всесильный Творче, услыши и помилуй.

Давый заповедь Твою нам, еже любити Тебе Бога нашего и ближняго своего, сотвори, да ненависть, вражда, обиды и прочая беззакония прекратятся, истинная же любовь да царствует в людех земли Белорусския, молим Ти ся, Спасителю наш, скоро услыши и милостивно помилуй.

Тем, кто «в курсе», бросается в глаза почти дословное сходство этих прошений с введенными в употребление на всей территории РПЦ в связи с украинским кризисом. За одним исключением: белорусская ектения содержала молитву об «исцелении раненых».

Тогда же на главной странице офсайта БПЦ появился баннер «Молитва за Беларусь», под которым разместили уже упомянутый циркуляр. Любопытно, что этот баннер выполнен не в красно-белой (национальной) или красно-зеленой (государственной), а в сине-серой (нейтральной) цветовой гамме.

17 августа митрополит навестил в минской больнице скорой помощи людей, получивших травмы в столкновениях с силовиками и подвергшихся пыткам в изоляторе на Окрестина. 19 августа он отбыл в Россию. А 25 августа Синод РПЦ принял отставку Павла с поста Патриаршего Экзарха всея Беларуси. Павел получил направление в Краснодар, его преемником Синод назначил епископа Борисовского Вениамина — этнического белоруса с репутацией «аскета и молитвенника».

В начале своей Экзаршей миссии Вениамин подтвердил распоряжение своего предшественника о молитве за Беларусь и сам совершил такую молитву в Свято-Духовом соборе 30 августа. Проповедь, которую при этом он произнес, была удручающе неконкретной. Новый Минский митрополит «призвал чад Православной Церкви искать прежде всего духовные корни тревожных и волнующих событий, происходящих в нашем обществе», но сам об этих корнях ничего определенного не сказал.

Риторике «обо всём и ни о чём» Вениамин остался верен и в дальнейшем. 7 ноября в храме иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на улице Притыцкого в Минске он упомянул в проповеди, что «Православная Церковь осуждает всякое беззаконие, всякое насилие и неправду», но тут же посетовал, что его слово лишено силы («соли»), а значит — «не лучше ли нам промолчать?» Впрочем, с момента своего назначения он несколько раз встречался с Лукашенко, и фото, на которых обнимаются владыка и правитель, оказались для народа красноречивее, чем тысяча слов.

В декабре Вениамин решил отредактировать сугубую ектению на Литургии. Священник Александр Шрамко писал: «Митрополит Вениамин разослал циркуляр с новыми прошениями о Беларуси, вместо прежних от митрополита Павла. Точнее, не новыми, а просто вычеркнули кусок <…>. Неспроста, конечно. Уже не нужно просвещать «светом богоразумия ожесточением помраченных», а также «раненых исцелити». То ли уже все помраченные просвещены, а раненые исцелены, то ли это те, что надо и по праву, ожесточением помрачены, и те, что надо и справедливо, поранены и избиты». Сайт БПЦ об этом распоряжении ничего не знает, баннер «Молитва за Беларусь» при клике выдает старый вариант текста.

Молитва за Беларусь под открытым небом у Свято-Духова собора постепенно отменилась как бы сама собой. Наталля Василевич по этому поводу грустно замечала, что для живой мирянской инициативы в принципе оказалось губительным соприкосновение с церковным официозом. «Первая, не благословленная БПЦ молитва, чуть не испорченная священником из кафедрального собора, всё же стала заметным явлением в религиозной жизни христианского сообщества Минска. Впечатляющий крестный ход, и все вместе, до сих пор все события иллюстрируют фотками оттуда. А потом зачем-то уговорили-таки иерархию присоединиться. И что — всё превратилось в только-православную молитву, без огонька, а также в препирательства, а потом, как сняли митр. Павла, всё вообще сошло на нет. <…> Пусть иерархия молчит, не надо их ни на что уговаривать, толку от этого будет мало всем, ведь если они немного и уговорятся, то уговорятся половинчато; если они внутри себя не созрели, если не видят, не слышат, не умеют сказать, то это взаимодействие по воспитанию иерархии — только пустая трата эмоций и энергии. Пусть они там варятся в своем соку, в своем герметичном мирке, решают там свои административные проблемы типа автокефалии, низовому уровню людей от этих проблем ни горячо, ни холодно. Нам нужна настоящая автокефалия — независимое от настроений верхушки христианское сообщество», — писала она.

…Каждый день в 13:00 рядом с минской ратушей собираются люди разных вероисповеданий. Они молятся, «чтобы любящий Бог вывел белорусский народ на свободу», об узниках совести, об утешении для семей убитых и о многом другом актуальном. Один из лидеров — Сергий «Горец» Мельянец, протестант и отец семерых детей.

Его персональная акция «Молитва за Беларусь» началась 10 августа. Вместе с братьями он приехал помолиться на улицу Октябрьскую и сразу был схвачен омоновцами. Мельянца били, пытали электрошокером. В январе 2021 года суд Минского района приговорил Сергия к штрафу в 870 рублей за бчб-жалюзи на окнах. Это решение Мельянец оспаривает, доказывая, что белый и красный цвета отражают его христианское мировоззрение: «Белый цвет символизирует святость, которые мы, верующие люди, получаем благодаря пролитой Иисусом Христом на кресте крови за наши грехи».

…В стенах Свято-Духова кафедрального собора молитва за Беларусь продолжает звучать. Есть там такие слова, высокопреосвященная цензура их оставила на месте: «не предаждь нас служити суете и неправде мира сего лукаваго». Вроде бы никакой политики — но в апреле брестчанину Андрею Левонюку дали месяц ареста за то, что он написал «но избави нас от лукавого» на стене дома.

…Анастасия Некрашевич считает, что трагические события, начавшиеся в прошлом году, объединили христиан.

— Христос давно победил. Убить Любовь и Милосердие невозможно. Христос действительно посреди нас всех, вне зависимости от наших взглядов. Мы идем дальше за Ним, с верой, надеждой и добрыми делами. И каждый день молимся о мире!

Совсем недавно верующие отметили Пасху. Этот праздник — хороший повод для разговора о победе света над тьмой. Христиане Беларуси живут и дышат этой победой.

В цитатах сохранена авторская орфография

Рисунок Никанора Казимировича     


[1] В 2018 году запрещен в служении митрополитом Минским Павлом за «нарушение иерейской присяги, клятвопреступление и систематические публикации в СМИ сообщений, которые порочат Православную Церковь и сеют в сердцах людей вражду и ненависть». Запрещение состоялось после того, как Шрамко раскритиковал визит в Минск Патриарха Московского и всея Руси Кирилла.

[2] В ноябре 2020 года осудил разгром стихийного мемориала Романа Бондаренко. Получил от Генпрокуратуры предупреждение с формулировкой, что подобные действия «не только не отвечают основополагающей роли церкви в части достижения взаимного понимания, терпимости и согласия в обществе, но и побуждают граждан к агрессии, противоправным действиям, решению возникающих вопросов неконституционным путем». Подал в отставку.