Протоиерей Владимир Дробышевский: «Сейчас не заниматься «политикой» значит невольно работать на стороне ада»

Читаю новости. Продолжаются избиения в тюрьмах. Несовершеннолетнего, уже осужденного гомельчанина Никиту обвиняют снова. В нападении на конвой. Это новый дополнительный срок… Бьют мать пятерых детей, она с адвокатом трижды об этом заявляет официально. Однако следователь тупо не фиксирует, как положено по закону. Очевидно, ждет пока пройдут синяки…

Откуда берутся эти изверги?! С какой планеты? Где и кем они воспитывались?! Я наблюдал в гомельском ИВС. Там большинство вертухаев молодые парни и девушки (пара человек все еще были похожи на девушек, я тут про человечность и женственность). Прёт ад из людей… И ведь не АГЛ приказывает все это творить… Сами. Кто-то не может остановиться, кто-то уже начал подражать.

Процесс производства зла уплотняется все очевиднее, нарастает и прогрессирует. Продолжается подмена понятий: палачи маскируются в жертв. Омоновцы уже сотнями в судах заявляют о причиненных им физических и моральных страданиях!… Адвокаты и журналисты превращаются в запрещенные профессии. Православные архимандриты заявляют о кощунственности сравнения омона с гестапо. Политика, по их словам, по прежнему исключительно грязное дело, на грани ритуальной мистической нечистоты. Направляют наш взор в эсхатологическую перспективу… Создают в публичном пространстве мифы о страшных буйствах протестующих… Это прямой путь к демонизации человека с другой точкой зрения и другим мнением.

А мы, христиане, что противопоставляем этому сгустившемуся аду? Пусть «священноначалие» разберется и решит? Разошлет по приходам еще одно циркулярное письмо с очередной молитвой о примирении в стране (лишь бы налоговая кассовые аппараты не заставила в храмах установить)? Мы сами, каждый из нас, верующий во Христа распятого и воскресшего, когда мы проснемся и дадим себе труд критически посмотреть на творящееся в нашей стране и в нашей церкви? Мы написали довольно много писем в адрес высокопреосвященных. Сотни людей подписали выраженные в них различные вопросы и пожелания. Сколько ответов было получено или озвучено? Ноль! Более чем красноречивое описание декларируемого церковного единства, клира и мира…

А ад прёт…

Зачем же мы ходим в храм и что мы в церкви производим? Удовлетворяем божье чувство «каноничности» и «типиконности», например, вычиткой по три раза «благо есть» или «господи помилуй сорок раз»?

Вся современная церковная педагогика, с её: хождение в церковь, подготовка к исповеди/причастию, «зрение грехов своих», даже причастие! — замыкает человека внутри храма и только на себя самого. За церковными же воротами — греховный враждебный мир, наполненный если и не врагами, то чужими, недружелюбными людьми, которые только и ищут, как бы им совратить настоящего торжествующего православного на путь погибели. А да, еще и некошерной политикой. Ведь когда в нашем городе ликвидировали множество пешеходных переходов и загородили все заборчиками, чтоб старушки не могли перелезть и перейти дорогу в привычном месте, или в разгар коронавируса кучу денег вбухали в туалет и флагшток — не моги ничтоже вопросить или возмутиться. Смирись. Всё равно все сгорит в огне Армаггедона. Богохранимому начальству виднее, а в тебе говорит сатанинский дух гордости и бунтарства.

Давайте, православные, признаемся сами себе: мы (в большинстве своем) не несем ни света, ни радости ни в себе самих, ни в окружающий нас мир. а мы, отчего-то, убеждены, что так и надо, что по другому и быть не может… Я не говорю сейчас снова в привычных нам всем категориях вины и неотвратимого наказания. Нас так учат, пасут и вся церковная атмосфера пропитана этим. я знаю, очень тяжело не поддаться и критически это оценивать. На нашем приходе очень много израненных и переломанных людей. Одни покинули приход, некоторые ушли из церкви. Для остальных это так и осталось незаметным… Помните? Ведь даже внутри церкви нас замыкает только на себя. Когда же придет пора сойти с этого заезженного пути, ведущего по кругу в дурную бесконечность?

Подавляющее большинство людей, виденных мною на улицах Гомеля в августе-сентябре 20го, а потом и в ИВС, с кем я общался — люди не церковные (хотя многим, оказалось, я крестил детей 🙂). Но их поступки и общение, атмосферу в цепочках, на маршах, на площади (даже при общении с ябацьками 😉 ), смело можно назвать настоящим христианством и малой церковью. Тем горше мне было тогда и сейчас вспоминать свою приходскую атмосферу…

Мы на верном пути, у нашей страны, общества, Церкви (это вместе и есть политика) есть более чем реальный шанс победить тьму и ад, «облечься в нового человека». Церкви, как и обществу, предстоит серьезная и тяжелая работа по преодолению своего прошлого. По преодолению сегодняшнего своего настоящего, которое должно уйти в прошлое. Но не безмолвно и тихо, как недавнее советсткое. Нельзя дать шанс этой тьме вернуться, необходимо будет все это честно проговорить и проработать, просить прощения и дарить прощение, и обновиться. Работы много, начинается она с каждого из нас. Не заниматься сейчас «политикой» — преступно, это значит продлевать пытки и страдания политзаключенных и их родных — нашим ближних. Это значит, пусть и невольно, но работать на стороне ада и способствовать его производству.

Источник