Анатомия праведности

Новая статья Надежды Свиргуль продолжает размышления о христианском сопротивлении тоталитаризму. Ее герой — святой Японской Православной Церкви Сугихара Тиунэ (1900 — 1986).

Дивен Бог во святых Своих! Среди жизнеописаний святых ХХ века есть еще одна похожая на жизнь Александра Шмореля запутанная и необычная история времен войны.

В то время как во второй листовке «Белой розы» говорилось о преступлениях против евреев в Польше, один верующий уже занимался этим вопросом — и тоже через «листовки», только несколько другие: визы. Героя нашей публикации, святого праведного Сугихару Тиунэ, за спасение евреев называли японским Шиндлером. Он обеспечил документами около 6000 беженцев, выписав собственноручно за несколько дней 2139 виз, и стал «Праведником народов мира» для евреев. Закон Гейне тут продолжает действовать: кто подпишет визу — спасет жизнь, и не одну… Как подсчитали в наши дни, общее число детей, внуков и правнуков беженцев, спасенных дипломатами Японии и Голландии и провезенных транзитом через СССР, превысило 50 тысяч.

Тиунэ, провалив экзамены на врача, выучился на дипломата, учил русский язык, дослужился до поста заместителя министра иностранных дел, вел переговоры с СССР о покупке японцами Китайско-Восточной железной дороги. Принял православие. Интересно, что в Японии уважение к старшим созвучно христианской заповеди о почитании родителей. Простота и строгое отношение к жизни, укорененные в японской ментальности, также близки христианству. Все эти мотивы, не выразимые до конца в культуре, предельно ясно оформлены и изложены в Новом Завете. Это, скорее всего, и потрясло душу Сугихары — прочитав Евангелие, он принял крещение с именем Сергий.

Евреи Польши, оказавшиеся в Литве, не могли просто уехать в СССР — там их ждали ссылка и ГУЛАГ. Им был необходим транзит через Японию в голландскую колонию Кюрасао — туда для них был открыт безвизовый въезд, если не считать перехода через Японию, при наличии транзитной визы через которую СССР согласился их пропускать. Именно такие визы и мог выдать Сугихара.

После войны, по возвращении в Японию в 1947 году, Сугихару отстранили от работы в дипломатическом корпусе за нарушение министерского приказа. И только через 44 года, в 1991 году, он был реабилитирован как дипломат. Беженцы, которых спас Сугихара, после войны разыскивали его, стремясь выразить свою благодарность, но найти Тиунэ, который уже не работал в МИДе Японии, было крайне трудно. К тому же он менял свое имя. Один из бывших беженцев по имени Нишри оказался в Японии в качестве советника при посольстве государства Израиль и в 1968 году нашел Сугихару. В следующем году Тиунэ был приглашен в Израиль, и ему вручили награду, которую передал министр по религиозным вопросам Зорах Вархафтиг.

Согласно японскому историку Масааки Сираиси, невозможно не заметить чудесного промысла в истории Тиунэ. Он пишет: «Прибытие Сугихара Тиунэ в Каунас связано со множеством случайностей. Наверное, запрет на «условные предложения» есть основа основ для изучающих историю. (Т.е. история не терпит сослагательного наклонения — ред.) Но всё же: «если бы Сугихара стал врачом, как того хотел его отец», «если бы Сугихара не стал сдавать экзамен МИДа Японии на статус учащегося за рубежом», «если бы Сугихара не выбрал русский язык», «если бы Сугихара продолжил работу в Иностранном отделе Маньчжоу-Го» и «если бы СССР не отклонил назначение Сугихара на работу в посольстве Японии…» Во всяком случае, если бы хотя бы одно из этих многочисленных «если» обрело почву в те роковые времена, Сугихара, скорее всего, не оказался бы в Каунасе.

С другой стороны, то, что евреям, которых спас Сугихара, удалось добраться до Каунаса, явилось также результатом рокового хода событий. «Если бы Польша не оккупировала Вильно», «если бы СССР не приобрел территорию, включавшую в себя Вильнюс, в результате подписания договора о ненападении между Германией и Советским Союзом», «если бы СССР, стремясь к аннексии трех прибалтийских государств, всё же отказался от “справедливого решения вопроса о государственной принадлежности г. Вильно и Виленской области, незаконно отторгнутых Польшей от Литвы” путем передачи Литве Вильно», наконец, «если бы евреи, сбежавшие в Литву, прижились в Вильнюсе и не стремились добраться до Каунаса… Если присовокупить к этим «если» все «если» Сугихара, то остается только определить встречу Сугихара с евреями как подлинное “чудо”». Значит, Сам Бог поставил на это место Тиунэ.

Он — единственный японец-обладатель медали мемориального музея людей, спасавших евреев. На сайте «Яд ва-Шем» можно прочесть объяснение Тиунэ своего поступка — скромные и лаконичные слова: «Вы хотите знать, каковы были мои мотивы, не правда ли? Ну, эти чувства пробудились бы у каждого, столкнись он лицом к лицу с мольбами плачущих эмигрантов. Невозможно было не сочувствовать им. Среди эмигрантов были старики и женщины. Они находились в таком отчаянии, что готовы были целовать мои ботинки. Да, я на самом деле был свидетелем таких сцен…. В Токио не имели единого мнения [о политике по отношению к эмигрантам]. Я чувствовал, что будет глупо выжидать. И решил не ждать ответа. Я знал, что впоследствии кто-нибудь обязательно пожалуется, но всё равно подумал, что это будет правильный поступок. Нет ничего плохого в том, чтобы спасти жизни многих людей. Если кто-то видит в этом поступке дурное, это потому, что в их мыслях что-то “не чисто”. Дух гуманизма, филантропии… добрососедской дружбы… С этими мыслями я отважился на свои действия, столкнувшись с тяжелейшей ситуацией, — и именно это стало причиной моего поступка и дало мне мужество».

Как же нам суметь прожить свою жизнь, как Тиунэ, и, может быть, повторить его подвиг? Праведником в православии считается тот, кто своей жизнью смог исполнить до конца заповеди. Так какую же заповедь исполнил Тиунэ? Давайте разбираться.

Христианский философ Симеон Мазаев, рассуждая о заповеди блаженства алчущих правды, сравнивает лжеца с идолопоклонником. Ведь называющий истукана богом явно не дружит с реальностью (объективной правдой). В поиске аналогий такому человеку в современном мире он пишет: «Современный жрец — чиновник, ответственный человек, обладающий властью, — совершая свой страшный ритуал, так же как и древний жрец языческого идола, не верит в правду своего дела, ибо знает истинное положение вещей. Некоторое время назад в одной из телепередач обсуждали такой случай: к фармацевту пришел человек и попросил сильнодействующий обезболивающий препарат для своей больной раком матери. Для продажи наркосодержащих веществ нужен особый рецепт. У покупателя он был, но оказался просрочен всего на один день. Фармацевт отказался продать препарат. Это пример того, как в современном мире происходит что-то похожее на культ Молоха. В данном случае в роли жреца выступает ответственное лицо: реальная жизнь человека, его страдания приносятся в жертву букве должностной инструкции. Сын умирающей женщины умолял фармацевта: “Вы же меня знаете с детства, знаете мою мать, знаете, что я не наркоман и беру этот наркотик не для продажи! Вы же видите ситуацию, знаете, в чём правда!” — “Не положено», — ответил фармацевт и захлопнул окошко. “Не положено!” или, наоборот, “так положено!” — вот современные формулы многочисленных человеческих жертвоприношений. Формализм очень широко распространен, и жрецы бумажного идола живут среди нас. Эти люди исполняют инструкции, при этом не переживая сердцем за то, что они делают. Каждому из нас нужно почаще задавать себе вопрос: веришь ли ты в дело, которое берешься исполнять? Зачем ты делаешь что-то по принципу “на, отвяжись!”, если ты не заинтересован в результате? Это означает, что ты просто идолопоклонник, следуешь некоторой формальной инструкции вместо того, чтобы следовать правде».

Именно не стать таким жрецом бумажного идола и получилось у Тиунэ. Получается, что он исполнил заповедь о любви к правде. Был верен в малом и исполнил заповедь во многом.

Еще одной гранью святости Тиунэ было проявление милосердия. Разберемся в неочевидных особенностях и этого Божественного закона. В то время человеческое общество работало во многом по примитивным законам первобытных общин. Обезличенные ложью пропаганды и обесчеловеченные ужасами войны люди действовали инстинктивно, мировоззрение было мифологическим. Чтобы понять логику такого общества, мы обратимся к христианскому антропологу Рене Жирару, изучавшему мифы религий мира и их связь с насилием. В мифах разных народов Жирар обнаружил единый мотив и назвал его очищающим механизмом козла отпущения. Вот его алгоритм. Чтобы контролировать беспорядок, вызванный кризисом общественных отношений, таким как война или эпидемия, богам приносилась одна заместительная жертва, спасающая народ от всеобщего кризиса, — козел отпущения. На основании какого-либо признака жертва признавалась виновной в хаосе и ее коллективно убивали, а позже частично из благодарности за избавление саму делали «богом», которому приносили дальнейшие жертвы для поддержания порядка в обществе. Так возникли многие боги и были убиты многие из жертв. Но с приходом христианства, когда один Бог Сам принес себя в жертву, этот механизм перестает функционировать.

Жирар выделял четыре стадии действия такого механизма. Покажем их на примерах тоталитарных режимов Третьего Рейха и СССР:

  1. Происходит кризис мироздания.

  2. 1) Послевоенный кризис Германии.

    2) Кризис России после революции и гражданской войны.

  3. Для выхода из кризиса идет поиск виновных в нем — козлов отпущения.

  4. 1) Германия — инвалиды, все неарийцы, евреи.

    2) СССР — классовые враги: кулаки, высшее сословие. Ненадежные: интеллигенция. Идейные враги: духовенство и верующие.

  5. Происходит ритуальное коллективное убийство относительно малочисленной жертвы (виноватых) ради спасения всех остальных из кризиса (нации, народа).

  6. 1) «Хрустальная ночь» — гонения на евреев, «Праздник костров» — уничтожение книг, концлагеря — для массовости.

    2) Убийство царской семьи, расстрелы, ссылки, репрессивный 1937 год, ГУЛАГ — для массовости.

  7. Жертву наделяют негативной сверхъестественной силой, способной вызывать кризисы, чтобы оправдать ее убийство.

  8. 1) Военно-экономический подъем Германии в начале войны — «вопреки» потенциальным предателям-евреям.

    2) Победа СССР в войне — «вопреки» потенциальным предателям, уничтоженным в 1937 г.

Такие апокалиптические процессы наблюдались в то время. Однако тоталитарные режимы не прожили и нескольких десятилетий, доказав свою неэффективность контроля над порядком через человеческие жертвоприношения.

Попробуем разглядеть и выразить спасшие мир христианские принципы в контексте того времени гонений, кристаллизовать растворенные в нашей культуре евангельские истины. В христианском мире любая жертва обладает невиновностью и отношение к ней является определяющим судебным критерием в конце времен (это также было последним аргументом для помощи Сугихары беженцам). И хоть обычно все беды сваливаются большинством на невиновных жертв (по образу Христа), Бог уже страдал за это на кресте и в гонениях находится рядом с ними. Сами же гонители бессознательны в своей злобе, и поэтому им требуется прощение. Итак, четырем «гонительским» стереотипам, встречаемых повсюду в языческой мифологии, христианство противопоставило несколько принципов:

  1. Христос взял на Себя крест за страдания от кризисов.
  2. Главная жертва всех времен и народов оказалась невиновна («Возненавидели Меня напрасно» — Ин. 15: 25), однако на нее коллективно набросились («Восстали цари земные и князи собрались вместе на Господа и Христа Его» — Деян. 4: 25-28), что поставило под сомнение справедливость механизма козла отпущения.
  3. Толпа гонителей слепа, ибо «не ведает, что творит» (Лк. 23: 34 (sic!)).
  4. Христос — тоже жертва, в которой признали Бога, однако Ему оказалось не нужно приносить дополнительные жертвы для поддержания установленного Им порядка. Его сила будет направлена на поддержание самих жертв в условиях кризиса (болезнь, темница, голод, жажда, нагота): «Потому что Я голоден был — и вы Меня накормили, жаждал — и вы Меня напоили, был чужестранцем — и вы Меня приютили, был наг — и вы Меня одели, был болен — и вы ходили за Мной, был в тюрьме — и вы Меня навестили» (Мф. 25: 31-46). Сам же Он будет судить нас по одному критерию — были ли мы рядом с Ним в Его страданиях или нет: «Когда видели Тебя больным — и ходили за Тобой и когда навестили Тебя в тюрьме?” И скажет им Царь в ответ: “Говорю вам, все, что вы сделали для одного из самых малых братьев Моих, вы сделали для Меня”».

Сугихара не подчинился господствовавшему тогда и общепринятому механизму. Несмотря на сложности и потерю статуса и имени, он решил остаться со Христом и сделал доброе для малых братьев — гонимых евреев. Пока обычный фронт менялся так, что сложно в этом разобраться и сейчас, на более сложном и важном духовном фронте Тиунэ оказался на христианской стороне и поэтому отслужил Христовым воином в этой войне, не взяв в руки оружие, а полностью подчинившись Божьему Промыслу, как и герои «Белой розы»: по-христиански использовал возможности своего служебного положения. Замечено, что в Евангелии Христос всегда дает ответ на предъявляемые ему фарисеями обвинения в неисполнении законов парадоксально простые и одновременно глубокие ответы. Тиунэ также принял трудное, но, с другой стороны, простое решение среди фарисейства режимов того времени, которое имело колоссальные последствия, и пришел через это к святости. Так же и христианину не стоит искать слишком сложных решений жизненных проблем, а проверять их сперва через призму любви к ближнему, а тогда уже все сложности чудесно обернутся преимуществами по законам Царствия Небесного.

Пусть святой праведный Сугихара вдохновит на подвиги стихийного законотворчества Христова Царства наших адвокатов, дипломатов, юристов и всех людей, столкнувшихся с неопределенностью законов этого мира!

Аминь.