Автокефалия своими руками

8 июня состоялось заседание Синода Белорусской Православной Церкви, главным решением которого стало насильственное смещение с руководства Гродненской епархией одного из самых известных архиереев Белорусской Православной Церкви архиепископа Артемия (Кищенко), с формулировкой «по состоянию здоровья».

На следующий день, 9 июня, члены Синода РПЦ собрались на экстренное онлайн-заседание, с целью как можно быстрее ратифицировать решение минских церковных властей и отправить архиепископа Артемия на покой, а на его место назначить более лояльного по отношению к современному политическому режиму епископа Антония (Доронина).

Это событие отражает изменение некоторого баланса в отношениях как по линии «Белорусский Экзархат — режим Лукашенко», так и по линии «Белорусский Экзархат — Московский Патриархат».

Белорусский Экзархат — режим Лукашенко

Решение о смещении Архиепископа Артемия означает усиление давления властей на церковь, то есть внешней зависимости церкви от государства. С другой стороны, это демонстрирует увеличение внутренней зависимости церкви от режима и более четкое самоопределение иерархии по поводу политических предпочтений. Теперь вместо сохранения декларируемой нейтральности, руководство БПЦ перешло к открытой поддержке режима. Это, в свою очередь, обусловило необходимость политической консолидации и поддержания дисциплины внутри корпорации.

Давление государства на церковных лидеров и церковную организацию в целом сделало каждого из епископов Белорусской Православной Церкви более уязвимым и более контролируемым, сузило возможный репертуар их действий. При этом внутри корпорации усилилась роль самого Митрополита Вениамина. С осени 2020 года чистки среди нелояльных к режиму сотрудников проходили по внутриепархиальной линии — каждый епископ разбирался непосредственно со своими подчиненными.

Сам Митрополит Вениамин занимался отстранением нелояльных или не вписывающихся в политику безоговорочной поддержки режима сотрудников в рамках своей епархии, а также в рамках Экзархата в целом. Приведем два примера.

Полное кадровое обновление затронуло Синодальный информационный отдел в ноябре, после инцидента с протоиереем Сергием Лепиным, который прокомментировал разрушение народного мемориала, посвященного погибшему Роману Бондаренко.

Пресс-секретарь БПЦ старался создавать в обществе позитивный образ Белорусской Православной Церкви или хотя бы снижать негатив по отношению к ней, мониторить общественные настроения и адекватно реагировать на запросы со стороны общественности. При этом долгие годы ему удавалось балансировать между этой задачей и оставаться лояльным по отношению к существующему политическому режиму. Однако усиление конфронтации между широкими слоями общества и режимом, нарастание общественного противостояния сделали подобную задачу практически неисполнимой, поскольку режим стал гораздо более чувствительным, и любая критика или даже недостаточная лояльность стали ощущаться гораздо болезненнее.

В январе чистки коснулись Синодального миссионерского отдела — был снят с должности протоиерей Сергий Тимошенков. Он не раз на протяжении событий политического кризиса критически говорил о насилии, о молчании церкви, о тех действиях иерархии, которые подрывали авторитет церкви в широких кругах беларусского общества. Высказываться его вынуждала не только личная позиция, но и профессиональная компетенция, которая требует миссионерской перспективы, принципиальной необходимости находиться в диалоге с обществом и культурой, отзываться на важные общественные запросы, а также личные запросы со стороны отдельных людей, связанные с их общественной жизнью.

Кроме Тимошенкова, от должности был отстранен и другой известный священник-миссионер Александр Кухта, популярный блогер. Кухта был одним из активных священников в волонтерском лагере на Окрестина. Он занимался помощью пострадавшим, административно осужденным и их семьям, а также волонтерам.

Таким образом, в условиях новой общественно-политической стратегии руководства Белорусского Экзархата, которая предусматривает ориентацию на обслуживание интересов режима и пренебрегает общественными запросами и настроениями, определенные компетенции перестали быть востребованными, более того, стали нести для руководства больше рисков, чем преимуществ.

«Чистка» на уровне собственной епархии и Экзархата в целом не решала для Митрополита Вениамина проблему полной консолидации официальных церковных лиц. Оставалась Гродненская епархия, которую возглавлял архиепископ. Артемий стал заметной фигурой на фоне общественно-политического кризиса и референтной личностью для тех православных, кто выступает за прекращение насилия и репрессий, восстановление законности, и видит выход из кризиса в осуществлении справедливого диалога между разными политическими силами и группами в обществе.

Кроме того, Архиепископ Артемий защищал своих священнослужителей от давления как со стороны государства, так и со стороны церковных властей, поддерживал солидарность между ними, их деятельность в общественной сфере и сфере милосердия по отношению к политическим заключенным и административно задержанным, толерантно относился к смелым высказываниям священнослужителей в социальных сетях или СМИ. В то время как во многих епархиях церковные власти препятствовали священникам в пастырской и духовной помощи заключенным, священники из Гродненской епархии охотно отзывались на просьбы родственников организовать пастырский визит, в том числе, если для этого нужно было ехать в другой конец страны.

В предыдущий период положение архиепископа Артемия в Гродненской епархии было довольно устойчивым, несмотря на недовольство им со стороны режима и местной власти, а также на интриги влиятельной в Гродно и не подчиняющейся местному епископу игумении Гавриилы (Глуховой). Максимум, на что были способны церковные власти в Минске — это дистанцироваться от высказываний архиепископа Артемия, как это произошло еще в августе, когда понадобилось разъяснение Синодального отдела Белорусской Православной Церкви по взаимоотношениям Церкви и общества «Об участии верующих в общественно-политической жизни». В этом обращении авторы ссылались на некие «многочисленные обращения и недоуменные вопросы по существу содержания проповеди Преосвященного архиепископа Гродненского и Волковысского Артемия, произнесенной им в Покровском кафедральном соборе города Гродно в воскресный день 16 августа 2020 года», и в связи с этим отмечали, что «любые заявления в связи с нынешней непростой ситуацией в Республике Беларусь, сделанные отдельными представителями Белорусской Православной Церкви, являются формой выражения их личной гражданской позиции и отражают исключительно личный взгляд заявителей на происходящее».

Устойчивость архиепископа Артемия объяснялась целым рядом факторов личного и институционального характера.

К личным можно отнести:

Во-первых, Архиепископ — это сильная личность со способностью и готовностью отстаивать свои принципы и защищать своих священников и мирян даже ценой жестких конфликтов и конфронтаций.

Во-вторых, это личность авторитетная — Артемий ведет достаточно скромную и аскетичную жизнь, никогда не попадал в скандалы, связанные с аморальным поведением, не ведет никаких интриг, поэтому на него практически невозможно найти «компромат» или дискредитировать. Кроме авторитета среди собственного клира, он пользуется авторитетом в широких кругах активных православных. Архиепископ Артемий, возглавляя на протяжении десяти лет Объединение молодежи БПЦ, много лет преподавал на богословском факультете Европейского гуманитарного университета и позже в Институте теологии БГУ, а специфика его предмета включала также и установление доверительных пастырских отношений со студентами. Он единственный из корпорации епископов БПЦ, кто пришел в церковное управление из обычного священства, имея богатый приходской пастырский опыт, а не церковно-административный или только монастырский, именно этот опыт позволил ему построить уникальную для Беларуси, да и почти всей РПЦ систему взаимоотношений внутри епархии. Также сформировался довольно широкий круг тех церковных людей, кто к архиепископу Артемию привязан эмоционально и относится с глубоким уважением и даже любовью. Более того, заслуженным авторитетом пользуется архиепископ Артемий и среди других конфессий, в первую очередь, католической, связанной с его экуменической открытостью и готовностью к сотрудничеству. В этом смысле, он продолжает традицию, заложенную в современное беларусское православие Митрополитом Филаретом.

В-третьих, это один из самых образованных епископов в Синоде Белорусской Православной Церкви. У него есть настоящая академическая степень в зарубежном университете, он пользуется авторитетом среди православных интеллектуалов.

Об авторитете Архиепископа Артемия свидетельствует тот факт, что в августе с благодарственным письмом к нему обратилось около 300 церковных деятелей и интеллектуалов, а сейчас, когда он был смещен с кафедры, его поддержали видеобращением миряне, в том числе его студенты, с письмом поддержки обратились выпускники Института теологии, православными верующими были созданы петиции в его поддержку к синоду БПЦ и синоду РПЦ.

Институциональными причинами устойчивости были следующие:

Во-первых, невозможность вмешательства Минского Митрополита в дела другой епархии. Должность Патриаршего Экзарха не предусматривала такой компетенции, и любые указания со стороны Митрополита остальные епископы могли воспринимать только лишь как пожелания и рекомендации, которые можно учитывать, но следовать которым не обязательно. Так было в ситуации с исполнением гимна «Магутны Божа» в Гродненской епархии, против которого в октябре выступил Митрополит Вениамин, но его рекомендация была проигнорирована. Насильственная отставка архиепископа Артемия стала возможной благодаря тому, что Митрополиту Вениамину удалось сконцентрировать власть в Белорусской Православной Церкви в своих руках, в том числе при поддержке государства, а это неминуемо связано с ослаблением роли каждого из других епископов. Такой процесс в определенной степени укладывается в общий тренд в Русской Православной Церкви, где влиятельность отдельных епископов снижалась за счет разукрупнения епархий и увеличения количества епископской корпорации. Видимо, именно соображениями сохранения гарантий собственной институциональной неприкосновенности со стороны Минского Митрополита руководствовался один из епископов «старого поколения» архиепископ Пинский Стефан, когда отказался участвовать в насильственном смещении архиепископа Артемия с кафедры, чтобы не создавать прецеденты, которые, в результате, неизбежно приводят к тому, что жертвой подобного канонического «насилия» может стать любой из архиереев.

Белорусский Экзархат — Московский Патриархат

Во-вторых, гарантией устойчивости архиепископа Артемия на кафедре, и здесь мы переходим ко второй линии общего баланса, была конфигурация отношений между Белорусским Экзархатом и Московским Патриархатом. Предыдущий Митрополит Павел (Пономорев) воспринимался именно как Патриарший Экзарх, его главной задачей в этом качестве была реализация интересов и приоритетов Московского Патриархата в рамках БПЦ, поддержание стабильности внутри Белорусского Экзархата, даже ценой конфронтации с государственной властью. Несмотря на целый ряд ошибок в начале своей миссии в Беларуси, Митрополиту Павлу удавалось такую стабильность поддерживать, в том числе благодаря созданию пространств, где могли существовать разные по своей идеологической направленности и видению церковной жизни группы. При нем расширился круг возможностей беларусскоязычных богослужений, была создана Минская Духовная Академия, при которой действовала миссионерская лаборатория. Гродненская епархия стала одним из таких пространств. Соответственно, это снижало градус напряжения между разными группами, снижало актуальность автокефальных настроений, поскольку ориентированные на беларусскость или на миссионерскую деятельность люди могли найти свою нишу в рамках существующей системы. Сам Митрополит Павел был скорее «безыдейным» руководителем, функционером, он ориентировался не на продвижение идеологии, а на бюрократические критерии эффективности структуры, которой управлял.

Ситуация изменилась в результате общественно-политического кризиса, в рамках которого стратегия «и нашим, и вашим» больше не могла работать. В этом контексте нейтральные заявления и шаги Митрополита Павла, типа посещения прошедших через избиения и пытки протестующих или призывы к мирному разрешению конфликта, вызвали резкое неприятие со стороны режима, и под давлением беларусских властей Синод Русской Православной Церкви принял решение поставить более удобного для режима Митрополита. Им и стал Вениамин, который до того не отличался ни особым авторитетом, ни влиянием. Единственным его ресурсом для продвижения на данную должность стала поддержка беларусского режима, для которого Митрополит Вениамин оказался очень удобной кандидатурой — полностью контролируемой.

Таким образом, у руководства Белорусского Экзархата поменялись приоритеты и его возглавил тот, чью должность можно определить скорее как «Президентский Экзарх», чем как «Патриарший Экзарх», а административная зависимость от Московского Патриархата сменилась на сильную зависимость от авторитарного режима. Это то, что священник Александр Шрамко называет «автокефалией в плохом смысле этого слова». В целом, пока не будет конфронтации между режимом Лукашенко и Московским Патриархатом, «автокефальность» Митрополита Вениамина от Москвы не будет сильно бросаться в глаза. Тем более, что произошедшее изменение баланса компенсируется целым рядом факторов.

Так, сильная идеологическая ориентация Митрополита Вениамина на Россию, идеи общерусской цивилизации, жесткое неприятие беларусского национального возрождения и подобного рода риторика обеспечивают ему симпатию определенных сил в России и видимость лояльности по отношению к Московскому Патриархату. Эта лояльность Вениамина носит, скорее, идейный, чем административный или функциональный характер, то есть это лояльность скорее к идее единой Русской Церкви, чем реализация конкретных интересов.

С другой стороны, в церковной среде происходит тот же процесс, что и в общественной, как его характеризует Николай Халезин«главное одно — сегодня для нас идеальная ситуация в переломный период, когда жители России не понимают сути происходящего в Беларуси… Пока наши самые большие помощники — это российские и приглашенные беларусские «эксперты» из политических говно-ток-шоу, которые создают искаженную до неузнаваемости картину не только происходящего в Беларуси, но и во всем мире». Главной проблемой здесь становится ошибочный перенос реалий украинской ситуации на беларусскую, как в политике в целом, так и в церковной жизни. Для РПЦ затуманивающей разум «кнопочкой» является тема «автокефалии» или «вторжения Константинопольского Патриархата на каноническую территорию» украинского образца. Как только срабатывает сигнал «автокефалия», вместо трезвой аналитики на сцену выходит идеологический алармизм, который диктует необходимость просто продуцировать моральную панику, но не позволяет адекватно оценивать риски и результаты.

Именно эти два фактора сработали на руку Митрополиту Вениамину в его желании избавиться от нелояльного и опасного в качестве церковного лидера для беларусского режима архиепископа Артемия. Последнему начали создавать образ «автокефалиста», в то время как Митрополиту Вениамину — образ «защитника канонической церкви».

К каким последствиям может привести увеличение зависимости Белорусской Православной Церкви от политического режима, легитимность которого близка к дефолту, за счет уменьшения зависимости Белорусского Экзархата от Московского Патриархата?

Во-первых, как отмечают исследователи, растет раскол между иерархией и верующими внутри православной церкви. В среде верующих, разделяющих повестку протестов, в том числе, активных прихожан, сотрудников церковных организаций, священно- и церковно-служителей, проявляется недоверие к иерархии и разочарованность в ней. При отсутствии хотя бы одного епископа, чья позиция этими церковными людьми разделяется, ситуация усугубляется значительно. Узкая идеологическая ориентация Митрополита Вениамина и его ориентированность на поддержание жесткой дисциплины уничтожает пространство для всех сил и групп другой направленности, вынуждает их действовать самостоятельно и без оглядки на церковную иерархию. Судя по всему, Митрополит Вениамин изо всех сил совместно с государственным аппаратом (Наталья Кочанова даже организует целое турне по епархиям, чтобы агитировать священников за власть) решает общую задачу: пытается поддерживать пошатнувшуюся внутри БПЦ дисциплину и лояльность по отношению к режиму Лукашенко.

«Охота на ведьм» приводит к уничтожению ресурса и потенциала самой Белорусской Православной Церкви — разрушению работающих проектов, таких как Минская Духовная Академия или миссионерская лаборатория, снижению мотивации священников и церковных активистов.

Белорусская Православная Церковь будет становиться всё менее привлекательной для высококвалифицированных, талантливых и опытных профессионалов, которые будут искать другие пути для собственной реализации. Следует ожидать оттока таких профессионалов из БПЦ, также как и оттока священнослужителей, студентов духовных школ, участников различных церковных братств и сестричеств. С одной стороны, это будет способствовать нарастанию непрофессионализма, фундаментализма, концентрации на должностях одиозных личностей, которые и будут определять «политику» церкви. С другой стороны, возможно возникновение независимой от иерархии среды, параллельной церкви, построенной на горизонтальных связях. Вместо дисциплины иерархия может в результате получить независимое церковное сообщество, и здесь отставка архиепископа Артемия может сыграть роль «черного лебедя» .

Во-вторых, в условиях дефолта легитимности режима Лукашенко, активное сотрудничество с ним подрывает доверие к Белорусской Православной Церкви в обществе в целом. С одной стороны, основным ресурсом поддержанием жизнеспособности и жизнедеятельности этой институции становится поддержка властей, а это приводит к еще большему ее сращиванию с госаппаратом и его интересами. Теперь даже тематика молитв спускается «сверху» (Всебелорусская молитва «За Беларусь!» запланирована постановлением правительства на 2 июля, — прим. reform.by). С другой стороны, это приводит к еще большему отрыву церковной бюрократической верхушки от жизни общества.

Наталля Василевич, теолог, политолог, модератор группы «Христианское видение» Координационного совета. Эксперт в сфере конфессиональной ситуации в Беларуси.

Статья подготовлена iSANS специально для Reform.by.