Насценны роспіс, зроблены калісьці Раманам у трапезнай Жыровіцкага манастыра, знішчаны. І гэта вельмі яскрава паказвае, як царкоўная наменклатура падтрымлівае рэжым у імкненні «закатаць у асфальт» усё свабоднае, годнае і чалавечнае.

Мы таксама мусім не перагортваць старонку. Раман Бандарэнка — гэта своеасаблівая «ікона» ўсіх беларусаў, забітых і зняволеных рэжымам Лукашэнкі.

«Ікона», якая моўчкі нагадвае, як проста зараз у цэнтры Еўропы ламаюцца лёсы.

Далучайцеся да малітвы за ахвяр дыктатуры, трансляцыя тут. Служба праходзіць у беларускім праваслаўным храме ў Вільні.

Уражвала ступень цынізму ўлады: бяззбройнага чалавека не толькі жорстка забілі, але і зганьбілі яго памяць — і разгарнулі «зачыстку» ўсіх, хто меў мужнасць стаць на абарону добрага імя забітага.

«Я выхожу». Апошнія словы Бандарэнкі застаюцца ў гісторыі як сведчанне гатоўнасці даць злу адпор — тут і зараз.

Мастачку Ксішу Ангелаву забойства Рамана Бандарэнкі падвяло да таго, каб адчуць «адказнасць за ўсё, што адбываецца, каб усё гэта, што мы перажылі і зрабілі, не было дарма». Так у якасці зарока Богу паўстаў праект «Беларускі мартыралог» — серыя партрэтаў палітвязняў на шпалерах. Праект мусіць працягвацца, пакуль не выйдуць на волю ўсе.

Роспіс, створаны Раманам у 2007 годзе ў трапезнай Жыровіцкага манастыра, замалявалі, шыльдачку з імем аўтара прыбралі. БПЦ плюнула ў душу родным і блізкім чалавека.

Але памяць аб Рамане жыве. Ён глядзіць на нас з кавалку паперы — жывы, светлы, поўны сіл. І жыве надзея, што ўсё перажытае нацыяй у 20-м не было дарма.

На фота: партрэты Рамана Бандарэнкі аўтарства Ксішы Ангелавай. Злева — 2020, справа — 2024.

О том, что Михаил был верующим, членом церкви христиан веры евангельской, вспоминал в интервью «Христианской визии» его близкий друг, беларус, евангельский верующий Андрей Кушнеров (позывной «Рыцарь»), который до недавнего времени служил в рядах Вооруженных сил Украины в составе белорусского подразделения.

Место гибели Михаила Жизневского, которому было присвоено звание Героя Украины, стало народным мемориалом, символическая могила в Киеве была обозначена бело-красно-белым флагом, цветы к этой могиле возлагал и Митрополит Онуфрий, Предстоятель Украинской Православной Церкви.

Фото Михаила, которое стало известным 10 лет назад – он в военной форме с беретом набок смотрит вперед – напоминает фотографию другого верующего беларуса – Романа Бондаренко, погибшего за свободу во время протестов 2020 года после избиения приближенными к Александру Лукашенко лицами. Народный мемориал Романа Бондаренко на пл. Перемен был разрушен силовиками режима, а православная церковь уничтожила фреску в трапезной Жировичского Свято-Успенского монастыря, написанную Романом с группой других выпускников художественного колледжа.

@christianvision

Теперь это всё уничтожено. В кафе-трапезной идут ремонтные работы, фреска закрашена, на ее месте появилось изображение иконы «Тайная вечеря». Табличку с именем Романа Бондаренко также сняли со стены. 12 ноября исполнилось 3 года со дня гибели молодого человека от рук силовиков и провластных активистов.

@christianvision

Как знать, может, это было сделано с умыслом — скрыть видимое якшание митрополита с лицом, известным своей причастностью к убийству активиста Романа Бондаренко. А, может, и не было никакого умысла. Просто кадра достойного не нашлось.

Мы восполняем этот пробел церковной публицистики — публикуем подходящие фотоснимки, чтобы напомнить, что вертикаль БПЦ продолжает углублять свои отношения с теми, кто причастен к террору гражданского общества Беларуси.

Но народный мемориал вскоре был восстановлен.

Сегодня у могилы Романа Бондаренко на Северном кладбище прошло краткое заупокойное богослужение, которое совершили минские православные священники Владислав Богомольников и Александр Кухта.

На молитве присутствовало около 30 человек, включая близких родственников Романа. Наши подписчики сообщают, что прибыла посол Австрии Алоизия Вёргеттер.

По словам очевидцев, перед молитвой на месте дежурили тихари, не вмешиваясь в события. Когда началась молитва, они ушли.

Фото: МотолькоПомоги

Беларусы на Радзіме і за мяжой збіраюцца адзначыць памяць народнага героя ў тым ліку супольнай малітвай за спачын яго душы.

12.11.2021, 07:15 і 18:30 — малітва ў архікатэдральным касцёле Імя Найсвяцейшай Панны Марыі на пл. Свабоды, Мінск.

12.11.2021, 19:00 — малітва ў грэка-каталіцкай царкве святога Міхаіла на вул. Віннічэнкі 22, Львоў.

12.11.2021, 19:00 — паніхіда ў грэка-каталіцкай царкве святога Кірылы Тураўскага, Лондан (Marian House, Holden Avenue, North Finchley, London, N12 8HY).

“Zerkalo.io пообщалось с Еленой Сергеевной о том, как она сама пережила этот год. Как раз недавно, 1 августа, ее сыну исполнилось бы 32 года. Женщина говорит: пережить эту дату стало для нее новым испытанием.

— 1 августа всегда был в нашей семье праздником… — замолкает она. Слышны слезы. — Сейчас почему-то вспомнила, что в этот день мы обычно ели первый в сезоне арбуз… В этом году день рождения Ромы был для меня очень тяжелым. Это был первый день рождения без него. (…) Теперь я понимаю, что буду жить с этим до конца дней своих. Надо как-то научиться с этим справляться. <…>

В день, когда парню исполнилось бы 32 года, семья решила съездить в Жировичский монастырь. Это место было выбрано не случайно.

— Когда Рома учился в архитектурно-строительном колледже (его первое образование — художник-дизайнер, а второе, высшее, — Академия искусств), то он расписывал стену в трапезной монастыря. Это была его курсовая работа. Каждый может прийти туда, но я сама там раньше не была. Мы не афишировали свою поездку. Нам провели экскурсию, все рассказали. Было много чувств, связанных с этим. (…) Конечно, я знала про эту его работу раньше. Помню, как Рома рассказывал про поездку, — голос Елены Сергеевны теплеет. — Это была практика, тогда около месяца несколько человек и преподаватель жили в общежитии вместе с монахами. Помню, что для Ромы поездка стала какой-то школой жизни. Он был тогда, наверное, не старше 20 лет.

Женщина говорит, что начиная с ноября прошлого года не сойти с ума ей помогли люди — совершенно незнакомые люди, которые приняли ее беду как собственную.

— Особенно сильно я почувствовала это в день рождения Ромы. Было много слов, благодарностей. Обычные люди даже просили прощения — не знаю, за что. Просят прощения за то, что это были не они, а именно Рома… Многие женщины, у которых есть дети, воспринимают Рому как своего собственного сына, а мою ситуацию — как свою материнскую боль. Хоронить детей очень тяжело. Единственное, что я поняла за это время: когда твою трагедию и боль переживают другие люди (пусть и незнакомые), то пройти это намного легче, чем если бы ты остался один и плакал где-то дома.”