У адкрытым профілі Усцюговай ва «УКантакце» пазначана, што яна каталічка. На сваёй старонцы жанчына часам дзялілася трансляцыямі каталіцкіх набажэнстваў і навінамі Касцёла. 

Раней Усцюгова шмат гадоў узначальвала аддзел землеўпарадкавання Бешанковіцкага райвыканкама і была дэпутаткай райсавета 28-га склікання. Пазней яна працавала спецыялісткай па правядзенні абследаванняў у раённым аддзеле статыстыкі. Апошняя знойдзеная публічная згадка пра яе працу датуецца жніўнем 2025 года.

Усцюгову прызналі вінаватай у «садзейнічанні экстрэмісцкай дзейнасці» (ч. 1 і 2 арт. 361-4 КК), «удзеле ў экстрэмісцкім фармаванні» (ч. 3 арт. 361-1), «распальванні варожасці» (ч. 1 арт. 130), «дыскрэдытацыі Рэспублікі Беларусь» (арт. 369-1) і закліках да санкцый (ч. 3 арт. 361).

Праз некалькі месяцаў песні Чумакова загучалі ўжо на судзе. Яго абвінавацілі ў тым, што ён граў беларускую народную музыку і такім чынам нібыта «гуртаваў пратэставае ядро». У матэрыялах справы асобна згадваўся альбом з 11 беларускіх народных песень, які ўключылі падчас судовага пасяджэння. У выніку Чумакова асудзілі на два гады калоніі паводле артыкула аб удзеле ў «экстрэмісцкім фармаванні».

Пасля вызвалення музыка плануе выдаць як гэты альбом, так і асобны альбом калядных песень, запісаны разам з Таццянай Ячнай. Яны шмат гадоў перакладаюць на беларускую і выконваюць калядныя спевы розных народаў — ад польскіх да венесуэльскіх.

Петрученя был задержан 13 декабря 2022 года. До 2018 года он работал в Департаменте охраны МВД. После задержания провластные телеграм-каналы опубликовали его «покаянное видео», в котором Петрученя говорил, что передал «Чёрной книге Беларуси» персональные данные сотрудников Департамента охраны, взятые из телефонного справочника.

Ему предъявили обвинение по ч. 3 ст. 130 Уголовного кодекса («разжигание вражды или розни»).

2 июня 2023 года судья Брестского областного суда Николай Сенько признал Павла Петрученю виновным и приговорил его к шести годам лишения свободы в колонии усиленного режима.

В заключении Петрученя провёл более трёх лет и девяти месяцев.

Александр Чумаков — музыкант, известный в том числе исполнением рождественских песен в переводе на белорусский язык. Он был задержан в начале декабря 2025 года. 17 декабря КГБ включил Чумакова в состав «экстремистского формирования» — культурной инициативы «Да Зораў». Вместе с ним участником формирования власти назвали Семёна Малашенкова.

Несколько недель назад Чумаков был приговорён к трём годам лишения свободы. В заключении он провёл около девяти месяцев.

Дмитрий Новожилов — православный верующий, бывший директор информационного агентства БелаПАН. Он находился за решёткой более пяти лет — с 18 июля 2021 года.

В 2022 году Новожилова судили по делу БелаПАН. Процесс продолжался четыре месяца. Его признали виновным, в частности, по обвинениям, связанным с уклонением от уплаты налогов и «созданием экстремистского формирования», и приговорили к шести годам лишения свободы в колонии общего режима.

Имя Новожилова уже фигурировало среди тех, кто должен был выйти на свободу в марте 2026 года в рамках освобождения 250 заключённых после переговоров между Беларусью и США. Однако тогда освободили другого политзаключённого с такой же фамилией, а Дмитрий Новожилов остался в колонии.

По расчётам правозащитников, срок Новожилова должен был закончиться в конце 2026 года.

Новая группа заключённых освобождена на фоне очередного раунда переговоров Минска и Вашингтона со специальным посланником США Джоном Коулом. 16 сентября стало известно о начале освобождения заключённых из белорусских колоний.

Пра пераслед Адаміна мы пісалі раней. Яго ўжо ўнеслі ў спіс «тэрарыстаў», а 11 верасня — у міліцэйскі спіс «экстрэмістаў» пад №6888. Верніка асудзілі паводле шэрагу артыкулаў КК, у тым ліку за «распальванне варожасці», «садзейнічанне экстрэмісцкай дзейнасці», «абразу прэзідэнта» і «абразу прадстаўніка ўлады».

Раней Адаміна ўжо ўнеслі ў «спіс тэрарыстаў». Цяпер стала вядома, што прысуд Гродзенскага абласнога суда набыў моц: верніка асудзілі паводле шэрагу артыкулаў КК, у тым ліку за «распальванне варожасці», «садзейнічанне экстрэмісцкай дзейнасці», «абразу прэзідэнта» і «абразу прадстаўніка ўлады».

В 2021 году после процесса над Бабарико его исключили из коллегии адвокатов. Тогда в свой последний рабочий день Лаевский исполнил песню Бориса Гребенщикова «25 к 10» про чистую совесть. В песне звучат слова:

Может статься так, что стрелки часов начнут вращаться назад. 
И тот, кого с плачем снимали с креста, окажется вновь распят. 
И новые губы будут опять искать своего Христа. 
Но я пел, что пел, и хотя бы в том совесть моя чиста.

Перед возвращением Почобут говорил, что не имеет никаких гарантий безопасности. «Я узнаю, что для меня приготовлено, только когда доберусь до границы. Но хотя я, как и все, боюсь, я не могу позволить страху ареста определять мою жизнь», — сказал он. Уже после пересечения границы Почобут опубликовал фотографию из Гродно.

Он также призвал западных католиков не забывать о священниках и мирянах, остающихся за решёткой. «Я надеюсь, люди будут помнить о судьбе священников и мирян-католиков, которые сейчас страдают в тюрьме, и своими молитвами покажут, что им не всё равно». Почобут рассказал, что около года провёл в одиночной камере, а любые проявления поддержки воспринимал как «протянутую дружескую руку» и напоминание, что заключённые не остались один на один с «огромной машиной власти».

Говоря о положении Католической церкви, Почобут заявил, что «Польша и католицизм воспринимаются здесь как угроза», а давление на католиков продолжается, несмотря на заявления властей о хороших отношениях со Святым Престолом. OSV News, в свою очередь, напоминает о вытеснении из Беларуси польских священников, уголовном преследовании духовенства и потере юридического статуса рядом католических общин после обязательной перерегистрации.

Пры храме працавала бібліятэка з 300–400 кнігамі. Звычайныя зняволеныя маглі карыстацца ёю штодня, а палітычныя — толькі падчас прыезду святара.

Пазней адміністрацыя дазволіла палітвязням трымаць толькі дзве кнігі, забараніла літаратуру на польскай і англійскай мовах, а затым нават слоўнікі. Увосень 2025 года свабодны доступ да царкоўнай бібліятэкі ўвогуле скасавалі.